Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

ДЕЛО О ТАБАКЕ ЯПОНСКОМ

146437.jpg

Ну вот и дальше о прочитанном.
Биография очередного замечательного человека, по фамилии Азеф. Автор Шубинский. Он же написал биографию Ломоносова, в которой я дальше Холмогор не продвинулся. А эту прочитал. Не могу сказать, что с удовольствием, тема малоаппетитная, но не по вине автора. Автор свою работу выполнил. Мало аппетитен, конечно, главный герой, руководитель весьма известной террористической организации и, при этом, агент охранки, заслуживший славу монстра и ставший именем нарицательным, Но и он не виноват в том, что читать книгу не очень приятно. Проблема в том, что на всю книгу нет ни одного положительного/симпатичного персонажа. Это ведь начало 20 века, не средние века. Проблематика вполне современная. Террористы. Спецслужбы. Режим. Оппозиция. В плане механизмов, как эта кухня работает, зачастую похоже на сегодняшнюю ситуацию. Даже, может и полезно почитать. В плане общества, в плане моральных норм этого общества, создается впечатление глубокого морального кризиса, потери норм и ориентиров. Впечатление, конечно, обманчивое, поскольку все общество в истории Азефа не представлено. Представлены не самые обаятельные по определению его слои - террористическая оппозиция и "курирующие" ее чиновники полиции. И мы видим, как радетели за народное счастье обсуждают сколько невинных душ можно убрать при убийстве царского сатрапа, уж не говоря о самом сатрапе (который далеко не всегда сатрап, но кого интересуют такие мелочи), его семье, кучере и прислуге. Как, радетели великой империи, натравляют народы империи друг на друга, организовывают погромы и покрывают погромщиков. Как народные вожди играют с охранкой. Как инженеры с большим будущим организовывают убийства. Наконец, как либерал, аристократ и интеллигент Лопухин, руководствуясь "соображениями общечеловеческого свойства", выйдя в отставку, передает эсерам информацию о работе Азефа на охранку, сугубо инсайдерскую, секретную информацию, попавшую к нему на государственной работе (Сноуден, ауу) и без сомнения долженствующую привести к убийству этого самого Азефа. Мне даже боязно искать информацию о реакции общества на процесс Лопухина. Ужасный отвратительный Азеф, совсем не зловещий монстр, а обычный человек, человек без всякой идеологии, не имеющий по своим взглядам ничего общего со своими товарищами по партии, человек умный, но маленький, Санчо Панса, и показан он на фоне людей, считающихся (и считающих себя) порядочными, а то и благородными. Далеко не все из них Дон Кихоты, но и таковых немало. Проблема с Дон Кихотами в том, что когда их много вместе и они вместе отправляются воевать с великанами, по завету прототипа ("я намерен вступить с ними в бой и перебить их всех до единого, трофеи же, которые нам достанутся, явятся основой нашего благосостояния. Это война справедливая: стереть дурное семя с лица земли - значит верой и правдой послужить богу"), то ситуация становится далеко не симпатичная, при этом ветряные ли это мельницы, великаны ли - не столь важно. В общем, как писал тринадцатый апостол "Эту ночь глазами не проломаем, черную, как Азеф". И ночь черна не только из-за Азефа и Азеф черен не только сам по себе, но и из-за окружающей ночи.

ДВЕ ЦИТАТЫ ПРО ЭЙХМАНА И НЕ ТОЛЬКО

Две параллельно читаемые книги, две цитаты с совпавшим именем

ХАННА АРЕНДТ ЭЙХМАН В ИЕРУСАЛИМЕ. БАНАЛЬНОСТЬ ЗЛА

"Имеем ли мы здесь классический случай лицемерия, или это проявление самообмана, замешанного на чудовищной глупости? Или это столь же примитивный пример нераскаявшегося преступника, который не в состоянии взглянуть в лицо реальности, поскольку его преступление — это и есть часть реальности?
В своих дневниках Достоевский писал о том, что в Сибири, среди огромного множества убийц, насильников и грабителей, он никогда не встречал ни одного, позволившего признаться самому себе в том, что он совершил зло.
И все же случай с Эйхманом отличается от истории обычного преступника, который может укрыться от действительности внутри узкого круга подельников. Эйхману необходимо было постоянно вспоминать о прошлом не для того, чтобы проверять, достаточно ли он честен с окружающими и с самим собой, а потому что он сам и мир, в котором он жил, находились в полной гармонии. Немецкое общество, состоявшее из восьмидесяти миллионов человек, так же было защищено от реальности и фактов теми же самыми средствами, тем же самообманом, ложью и глупостью, которые стали сутью его, Эйхмана, менталитета. Эта ложь с годами видоизменялась, очень часто противоречила самой себе, более того, она была разной: одной для различных ветвей партийной иерархии и другой — для всего остального народа. Но практика самообмана была до такой степени всеобъемлющей, почти превратившейся в моральную предпосылку выживания, что даже теперь, через восемнадцать лет после падения нацистского режима, когда большинство специфических деталей его лжи уже забыты, порою трудно не думать, что лицемерие стало составной частью немецкого национального характера.
Во время войны самой убедительной ложью, которую проглотил весь немецкий народ, был лозунг: «Битва за судьбу немецкой нации» (Der Schicksalskampf des deutschen Volkes). Этот лозунг сочинил то ли Гитлер, то ли Геббельс, и были в нем три облегчавшие самообман составляющие: он предполагал, во-первых, что война — это вовсе не война, во-вторых, что развязали ее судьба, рок, а не сама Германия, и, в-третьих, это вопрос жизни или смерти для немцев, которые должны полностью уничтожить своих врагов, а то враги полностью уничтожат их самих." (С)

Очень точно и всегда своевременно.

И в тот же день попавшаяся мне цитата из дневника Корнея Чуковского
6 августа 1961, Герман Титов в космосе, а Эйхмана, соответственно, судят в Иерусалиме

"Сейчас, когда я сижу в комнате и пишу эти строки, его, Германа Степановича, мотает в безвоздушном пространстве вокруг этой трагической нелепой планетки – с ее Шекспирами, Львами Толстыми, Чеховыми, Блоками, Шиллерами – и Эйхманами. Что он чувствует в эту минуту? Меня почему-то томит такая тревога, что я буквально не нахожу себе места. Нашел ли он там, в пустоте, бессмертье или смерть?" (С)

Странный был человек , Корней Иванович, и очень интересный.

НИЛЬФГААРДСКИЕ ПСЫ

Collapse )

В этот раз, о том, что происходит с добровольными наемниками, после того, как они перестают быть нужны императору. Умеет пан Сапковский отразить все подходящие оттенки.

Похоже, что обломки Боинга, окончательно похоронили под собой проект "Новороссия". Это значит, что полковнику Гиркину не бывать Новороссийским Гарибальди и не стоять на площади памятником, верхом на сферическом коне в вакууме (спасибо за метафору, ув. trurle ).Ни капли сочувствия я к нему и его подельникам и их делу, упаси Боже, не питаю и свою судьбу они заслужили, но продаст их господин император не менее отвратительно, чем все , что означенный тип делал до сих пор.

С той разницей, что господ Риордаина, Ангуса Кри-Бри и самого Железного Волка Исенгрима Фаоильтиарну действительно выдали нордлингам (само собой никаких "справедливых судебных разбирательств,  легких приговоров и скорой амнистии" на следующих страницах книги не наблюдается), а этих выдать-то не выдадут, во всяком случае живыми не выдадут. Но и выпустить, похоже, не выпустят.

В общем, подло предать можно и подлого предателя, и это тоже отвратительно.

А императору воздастся когда то, по делам его. " А может не воздастся ни шиша" (С)